Находящимся под домашним арестом лицам будет проще обратиться к врачу
Госдума РФ рассмотрит законопроект № 1185523-8, в соответствии с которым находящиеся под домашним арестом подозреваемые и обвиняемые смогут по медицинским показаниям посещать учреждения здравоохранения. Их доставление туда и обратно будет осуществляться транспортным средством контролирующего лица. П. 11.1 соответствующего содержания появится в ст. 107 УПК РФ.
Как указывают авторы проекта, он разработан в целях совершенствования исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста и обеспечения прав подозреваемых/обвиняемых на своевременное получение медицинской помощи.
Действующая редакция ст. 107 УПК РФ регулирует только ситуацию, когда фигурант уголовного дела уже доставлен в больницу и госпитализирован. В таком случае все ранее установленные запреты продолжают действовать, а местом исполнения меры пресечения является лечебное учреждение. Также предусмотрена доставка лица силами контролирующего органа к дознавателю, следователю или в суд.
Однако в рассматриваемой статье ничего не говорится о разовых посещениях врача, не предусматривающих госпитализацию. Подозреваемому или обвиняемому приходится согласовывать визиты к доктору с должностными лицами. Нововведения, по мнению авторов проекта, с одной стороны позволят сохранить необходимый процессуальный контроль, а с другой – гарантируют возможность своевременного получения подозреваемым/ обвиняемым медпомощи.
В пояснительной записке к проекту приводится в пример ситуация блогера Валерии Чекалиной, которая, пребывая под домашним арестом, якобы не могла посещать врачей и вызывать их на дом. По ее словам, это не позволило провести необходимые диагностические мероприятия.
уголовный адвокат
Оценивая законодательную инициативу, следует отметить, что затрагиваемый ею вопрос давно требует регламентации, так как в настоящее время возможность получения находящимися под домашним арестом обвиняемыми и подозреваемыми амбулаторной медицинской помощи поставлена в зависимость от субъективного усмотрения следователей и дознавателей. Между тем нередко неоказание своевременной медицинской помощи приводит к тяжелым для здоровья последствиям, что и продемонстрировал случай с Чекалиной. Однако предложенная редакция закона не учитывает необходимости исключения рисков злоупотреблений со стороны обвиняемых и подозреваемых и использования симулирования заболеваний для нарушения наложенных запретов. И предложенная формулировка, согласно которой все посещения врача должны осуществляться в сопровождении сотрудников ФСИН, не основана на современных реалиях, - нехватка сотрудников уже давно привела к тому, что находящиеся под домашним арестом обвиняемые и подозреваемые достаточно часто самостоятельно следуют и к следователям, и в суд без всякого сопровождения. Очевидно, что при принятии закона и к врачу обвиняемые и подозреваемые в большинстве случаев будут следовать самостоятельно, а такое положение дел сводит на нет все возможности контроля за их поведением в целях соблюдения наложенных судом ограничений. Фактически предложенный законопроект кардинально сменил баланс между публичными интересами государства и интересами обвиняемого (подозреваемого) в сторону последних. Если сейчас выход к врачу зависит от воли правоприменителя, то в рассматриваемом законопроекте следователь и дознаватель полностью исключены из алгоритма принятия решений о предоставлении обвиняемому (подозреваемому) амбулаторной медицинской помощи. Между тем следует подумать об оставлении следователям (дознавателям) определенных контрольных полномочий в целях исключения возможных злоупотреблений. Например, можно предусмотреть оценку соответствующим специалистом просьбы обвиняемого на предмет необходимости посещения им врача.
Резюмируя, подчеркнем, что законопроект крайне важный и необходим для обеспечения безопасности для жизни и здоровья обвиняемых и подозреваемых, находящихся под домашним арестом, но его эффективное исполнение зависит от того, насколько строго будут исполняться требования по сопровождению обвиняемых и подозреваемых к врачу сотрудниками ФСИН, чтобы под девизом защиты здоровья не причинялся ущерб публичным интересам производства по уголовному делу.